Одна из них, хозяйка дома, была подслеповатая маленькая старушонка с лицом кротким и добродушным, напомин..
Скрестить, упереть в бока, опустить; уцепиться пальцами за краешек сиденья, положить руки на бедра, или закинуть их за голову, или сплести пальцы на животе..
- Подлинно, что худо,- сказал Варух, понизя голос и почесавши в затылке,- я и не знал, что старинный друг мой так переме..
Гениальный драматург, талантливый поэт и композитор, выдающийся дипломат, А.С. Грибоедов, по словам Белинского, принадлежал «к самым могучим проявлением русского духа». Бессмертной комедией «Горе от ума», «жемчужиной» русской сцены Грибоедов положил начало расцвету русской реалистической драматургии. Замысел комедии «Горе от ума», по-видимому, возникает у Грибоедова в 1816году. В Петербурге осенью 1824года работа была закончена, но в 1825году писатель вносил в текст отдельные поправки.
Неслыханным был успех комедии. Блестящую и глубокую характеристику «Горе от ума» дал Пушкин. По мнению поэта, цель комедии – «характеры и резкая картина нравов». Комедия, по словам Белинского, явилась «страстным протестом против гнусной действительности, против чиновников-взяточников, против светского общества, невежества, добровольного холопства…»
Грибоедов дал своей комедии целую галерею живых и ярких образов дворянского общества, представителей «века минувшего». Это Фамусов – богатый барин помещик и крупный чиновник. Он известный человек в кругу московского барства. Фамусов – убежденный крепостник, готовый в гневе сослать в Сибирь своих крепостных слуг, яростный ненавистник просвещенья, низкопоклонник, льстец, человек лишенный истинного достоинства и чести, пресмыкающийся перед «высшими» для получения чинов и богатства.
Рядом с Фамусовым в комедии стоит Скалозуб, который «метит в генералы». Полковник Скалозуб – гость в доме Фамусова, он типичный представитель аракчивщины в армии, тип офицера-карьериста. В умственном отношении он человек недалекий. «Он слова умного не выговорил сразу,»- замечает Софья. Службист, верный охранник самодержавно-крепостнического строя, враг просвещения – таков Скалозуб.
Мир Фамусова, его гостей состоит не только из крепостников-тузов, но и из прислуживающих им, подхалимствующих чиновников-«молчалиных». Создавая характер Молчалина, Грибоедов показал растлевающее влияние крепостническо-чиновничьей морали на развитие и поведение человека, зависимого от «фамусовского» общества. Молчалин стал нарицательным обозначением пошлости и лакейства. Характерные черты Молчалина: стремление к карьере, умение подслужиться, лицемерие, немногословность, боязнь высказывать свои суждения. Он искренне недоумевает, как в маленьких чинах «можно сметь свое суждение иметь». Совершая подлый поступок, он даже не понимает, что это подлость. Молчалин вырос в символ рабского молчания, к которому страмились приучить Россию сначала Аракчеев, а затем Николай1. «Ведь нынче любят бессловных,»-говорил Чацкий.
Познакомимся более глубоко с гостями, прибывшими на бал в дом Фамусова. Это большое и пестрое общество. Здесь властная, капризная, влиятельная старуха Хлестова, явившаяся с собачкой, и Графиня-бабушка с графиней-внучкой, злой и высокомерной сплетницей, и чета князей Тугоуховских с шестью дочерьми, интересующихся только фасонами платьев, и Наталья Дмитриевна, избалованная молодая дама, превратившая добряка мужа в безвольного раба.
Незримо здесь присутствует и княгиня Мария Алексеевна, грозная законодательница общественного мнения, и известная Татьяна Юрьевна, которая дает балы «от рождества и до поста, и летом праздники на даче».
Картина быта, нравов и настроений «фамусовской» Москвы нарисована в комедии ярко и смело. Перед нами толпа разных людей, пустых, бездушных и подлых. Стихия этой среды: сплетни и злословия. Здесь знают каждого дворянина и скажут кто богат, и кто беден, и сколько крепостных душ у Чацкого: «Четыреста; Нет! Триста». И Хлестова добавит обиженно: «Уж чужих имений мне не знать.»
Эта объединенная команда почувствовала в речах Чацкого идейного врага и мгновенно подхватила сплетню о сумасшествии Чацкого. Причину они, гости Фамусова, видят в просвещении: « И впрямь сойдешь с ума от этих, от одних, от пансионов, школ, лицеев…»
Еще более категоричен Фамусов:
«Ученье – вот чума,
Ученость – вот причина.»
В этом обществе нужно думать так, как все, здесь грех не беда молва не хороша. Неудивительно, что это общество отторгает от себя Чацкого, как нечто чуждое, инородное.
Грибоедов остался в истории русской литературы автором единственного произведения, но эта комедия называется «жемчужиной» русской драматургии.
Тем временем:
... Это может быть только Георг Фогель, Петер Дингельдайн или я, потому как мы трое - самые старослужащие. Ты должен устроить, чтобы тех двоих услали на заготовку фуража - тогда фельдфебелю придется назначить меня. Йонас вытаращил глаза. - И во время этой поездки ты намерен ускользнуть у старика из-под носа? Ну нет, ты точно спятил! На это Шубкель, который все хорошенько обмозговал, возразил: - Говорю же, тебе не о чем беспокоиться. До сих пор, из дружеского расположения, ты защищал меня от назначения в караул, а теперь - опять-таки из дружеского расположения - я прошу тебя это устроить. Тебе ничто не грозит, а я буду по гроб жизни благодарен и обещаю оказать любую услугу, какой ты от меня потребуешь. Теперь Йонас сообразил, что Шубкель не шутит, и его даже пот прошиб. - И ты думаешь, будто из дружеского расположения я помогу тебе подвести себя под прогнание сквозь строй? - Ничего не поделаешь, дружище, я должен отсюда убраться. Исполни мою просьбу - не будет беды ни для тебя, ни для меня. А если откажешься, придется искать другой, ненадежный путь - тогда, может статься, меня схватят и впрямь прогонят сквозь строй, и этот грех падет на твою душу. Шубкель продолжал уговаривать приятеля, а у капрала делалось все тоскливее и неуютней на душе, потому как он думал, что лишится друга. Но в конце концов он не мог больше противиться и скрепя сердце обещал Шубкелю исполнить его просьбу. Ландграф, который был человеком въедливым и педантичным, строго различал большой и малый выезд. При большом он выезжал в карете, в сопровождении эскорта из гусар и приличного числа верховых офицеров. Но поскольку была зима, он отдавал предпочтение малому выезду: то есть ехал один в санях, где на козлах, рядом с кучером сидел только его гайдук. Однако сзади, на подножке, стоял гренадер с ружьем на караул, и так как в этом положении должен был он оставаться при самом жестоком морозе зачастую по многу часов, не имея возможности ухватиться за что-нибудь, когда сани подбрасывало на ухабах или при поворотах швыряло из стороны в сторону, он был пристегнут под коленями к двум железным ручкам - изобретение, которым ландграф очень гордился...
