Грибоедов Александр Сергеевич
читайте также:
Онегин это испытал, Зато как женщин он узнал. Пропущенные строфы XIII и XIV (имеются в черновой рукописи): XIII Как он умел вд..
Пушкин Александр Сергеевич   
«Евгений Онегин»
читайте также:
Его собеседник, мистер Шелби, производил впечатление истинного джентльмена, а убранство и весь тон дома свидетельствовали о том, что хозяева е..
Бичер-Стоу Гарриет   
«Хижина дяди Тома»
читайте также:
Удивительно - гулять по лесу, сплошь состоящему из монументов, в каждом из которых узнаешь себя! Удивительно! Психологи, увы, не постигли еще все глубины человеческого "я"! Кофе я приказал ..
Белль Генрих   
«Столичный дневник»
        Грибоедов Александр Сергеевич Рефераты и сочинения Женские образы в комедии А. С. Грибоедова «Горе от ума»

Warning: mysql_fetch_array(): supplied argument is not a valid MySQL result resource in /home/u26690/data/www/griboedow.net.ru/lib.php on line 1849
Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:
Обратите внимание: для Вашего удобства на сайте функционирует уникальная система установки «закладок» в книгах. Все книги автоматически «запоминают» последнюю прочтённую Вами страницу, и при следующем посещении предлагают начать чтение именно с неё.
Коррекция ошибок:
На нашем сайте работает система коррекции ошибок Orphus.
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Все рефераты и сочинения

Женские образы в комедии А. С. Грибоедова «Горе от ума»


Комедия Грибоедова была написана в первой четверти XIX века, после войны 1812 года. В это время общество в России разделилось на два лагеря. В первый входили сановники XVIII века, люди, исповедующие старые принципы жизни. Вторые стремились к изменениям в стране. Этот конфликт нашел отражение в пьесе “Горе от ума”. Принадлежность к какому-либо лагерю стала одним из принципов организации системы образов, в том числе и женских.
К “веку минувшему” относятся все гостьи на вечере у Фамусова.
Прежде всего это типичная русская барыня екатерининского времени Хлестова. В ее репликах можно обнаружить многие идеи, свойственные “всем московским”. Свояченица Фамусова “от скуки взяла с собой арапку-девку”. Старуха говорит о ней не как о человеке, а как о вещи, полученной в подарок. Вторит Фамусову Хлестова, рассуждая об образовании:

И впрямь с ума сойдешь от этих, от одних,
От пансионов, школ, лицеев, как бишь их,
Да от ланкарточных взаимных обучений.

В унисон процитированным звучат слова другой представительницы старшего поколения, княгини .Тугоуховской, вспоминающей профессоров Петербургского педагогического института, которые “упражняются в расколах и в безверьи”, и своего племянника, князя Федора, учившегося у них.
Еще одна колоритная представительница старой московской знати — это графиня бабушка Хрюмина. Она так стара, что уже не может быть идеологом своего века. Единственное разумное замечание, которое мы услышим от нее: “Когда-нибудь я с бала да в могилу”. Это отголосок философии хозяина дома, чья жизнь состоит из обеда, погребенья и крестин: существование графини — это бал, заканчивающийся смертью. Остальные же реплики Хрюминой служат для усиления комизма пьесы.
Моложе трех описанных почтенных барынь Наталья Дмитриевна, но она готовится повторить их своими манерами и пристрастиями. Так же как и княгиня, у которой муж на посылках, Горич распоряжается своим супругом. Ее фраза “Мой муж — прелестный муж...” перекликается со словами Молчалина, сказанными Хлестовой: “Ваш шпиц — прелестный шпиц...” Тем самым когда-то деятельный Платон Михайлович уподобляется декоративной собачке.
Замужняя Наталья Дмитриевна по своим интересам, однако, близка и к молодым княжнам Тугоуховским, вместе с которыми она с удовольствием обсуждает наряды. В том числе и об этих барышнях были сказаны слова Фамусова: “Умеют же себя принарядить тафтицей, бархатцем и дымкой...” Еще одна девушка, которая, как и княжны, ищет жениха, — графиня-внучка. Все московские невесты — те самые “девицы”, любящие военных, отличающиеся благонравием и патриотизмом, о которых говорит Фамусов в монологе о Москве. Но в то же время именно княжны произносят так возмутившие Чацкого слова: “Ах! Франция! Нет в мире лучше края!” Преклонение всех женщин, кроме Хлестовой, перед иностранным проявляется и в изобилии галлицизмов в их речи.
Идеолог “века минувшего” дает характеристику не только молодежи; он не забывает дам, которые “судьи всему, везде, над ними нет судей”. Это, конечно, о Хлестовой, наверное, о Хрюминой. Но в своем монологе Павел Афанасьевич упоминает других:

Ирина Власьевна! Лукерья Алексевна!
Татьяна Юрьевна! Пульхерия Андревна!

О последних двух в комедии выскажутся еще Чацкий и Молчалин. Первый посмеется над традиционной любовью ко всему французскому княгини Пульхерии Андревны, второй расскажет нам о необыкновенной влиятельности Татьяны Юрьевны. Это черты неиндивидуальные. Они присущи каждой из перечисленных дам, а вероятно, и загадочной Марье Алексееве, мнения которой так боится Фамусов.
Из всех героев “Горя от ума”, принадлежащих к фамусовскому лагерю, только Скалозуб пока более или менее независим от женщин. Свободны от их влияния и представители “века нынешнего”. Все остальные боятся дамского суда.
Женские образы, встречающиеся в произведении, либо служат для усиления комизма (это и тетушка Софьи, у которой из дому сбежал “молодой француз”, и княгиня Ласова, ищущая мужа, и мать Чацкого, Анна Алексеевна, которая “с ума сходила восемь раз”), либо как-то связаны с действующими лицами (Прасковья Федоровна и вдова докторша упоминаются в календаре Фамусова. Настасья Николаевна — родственница Скалозуба, дочь барона фон Клоца — жена Ре-петилова). Все эти внесценические персонажи помогают раскрыть характеры действующих лиц.
Отдельно надо говорить о Софье Павловне и служанке Лизе. Эти героини включены в любовную интригу. Поэтому многое в них обусловлено традициями трактовки комедийных образов.
Но в то же время обе героини — индивидуальности, не укладывающиеся в классические рамки.
В соответствии с системой ампира Софья должна бы быть идеальной героиней. Но в 4Горе от ума” этот образ неоднозначен. С одной стороны, дочь Фамусова была воспитана своим отцом, мадам Розье, дешевыми учителями — “побродягами”, сентиментальными французскими романами. В словах и поведении девушки проглядывает мечта о “муже-слуге”. Но с другой, Софья предпочитает бедного Молчалина богатому Скалозубу, не преклоняется перед чинами, способна на глубокое чувство, может сказать: “Что мне молва? Кто хочет, тот и судит!” Гончаров И. А. видел в дочери Фамусова “задатки недюжинной натуры”. Действительно, только она способна понимать Чацкого и на равных отвечать ему, мстить, распустив сплетню о его сумасшествии; только ее речь можно сопоставить с языком Чацкого. Любовь Софьи к Молчали-ну —это вызов воспитавшему ее обществу.
Не укладывается в рамки образа субретки и Лиза. Конечно, она сообразительна и хитра. Благодаря этим двум ее качествам Фамусов не застает Молчалина в комнате Софьи. Она смелая и готова возразить господину. “Позвольте мне, сударь...” — начинает она, когда Павел Афанасьевич говорит о своем “монашеском” поведении. Веселость служанки отмечают Молчалин и хозяин дома. Лиза входит в два дополнительных к основному любовных треугольника. Она же играет роль второго (после Чацкого) резонера, давая характеристику Фамусову, Скалозубу, Чацкому, обобщая идеи московского общества (“...Грех не беда, молва не хороша”), высказывая мысли Грибоедова:
...Минуй нас пуще всех печалей И барский гнев, и барская любовь.
Женских образов в комедии Грибоедова необычайно много. Все они служат для выполнения стоявшей перед автором задачи, заключавшейся в том, чтобы как можно полнее отразить эпоху со всеми ее противоречиями и перспективами на будущее.


Тем временем:

... Сначала он только прикусывал капризно отдельные травки, но скоро вкус жвачки во рту увлек его, и он по-настоящему вник в корм. И в то же время в его голове текли медленные равнодушные мысли, сцепляясь воспоминаниями образов, запахов и звуков и пропадая навеки в той черной бездне, которая была впереди и позади теперешнего мига. "Сено", - думал он и вспомнил старшего конюха Назара, который с вечера задавал сено. Назар - хороший старик; от него всегда так уютно пахнет черным хлебом и чуть-чуть вином; движения у него неторопливые и мягкие, овес и сено в его дни кажутся вкуснее, и приятно слушать, когда он, убирая лошадь, разговаривает с ней вполголоса с ласковой укоризной и все кряхтит. Но нет в нем чего-то главного, лошадиного, и во время прикидки чувствуется через вожжи, что его руки неуверенны и неточны. В Ваське тоже этого нет, и хотя он кричит и дерется, но все лошади знают, что он трус, и не боятся его. И ездить он не умеет - дергает, суетится. Третий конюх, что с кривым глазом, лучше их обоих, но он не любит лошадей, жесток и нетерпелив, и руки у него не гибки, точно деревянные. А четвертый - Андрияшка, еще совсем мальчик; он играет с лошадьми, как жеребенок-сосунок, и украдкой целует в верхнюю губу и между ноздрями, - это не особенно приятно и смешно. Вот тот, высокий, худой, сгорбленный, у которого бритое лицо и золотые очки, - о, это совсем другое дело. Он весь точно какая-то необыкновенная лошадь - мудрая, сильная и бесстрашная. Он никогда не сердится, никогда не ударит хлыстом, даже не погрозит, а между тем когда он сидит в американке, то как радостно, гордо и приятно-страшно повиноваться каждому намеку его сильных, умных, все понимающих пальцев. Только он один умеет доводить Изумруда до того счастливого гармонического состояния, когда все силы тела напрягаются в быстроте бега, и это так весело и так легко. И тотчас же Изумруд увидел воображением короткую дорогу на ипподром и почти каждый дом и каждую тумбу на ней, увидел песок ипподрома, трибуну, бегущих лошадей, зелень травы и желтизну ленточки. Вспомнился вдруг караковый трехлеток, который на днях вывихнул ногу на проминке и захромал...

Александр Куприн   
«Изумруд»





Грибоедов Александр Сергеевич:

«1818 — 1827»

«Проба интермедии»

«Наброски и планы»

«Горе от ума»

«Отрывки из первой редакции "Горя от ума"»


Все книги



Другие ресурсы сети:

Лермонтов Михаил Юрьевич

Мельников-Печерский Павел Иванович

Полный список электронных библиотек, созданных и поддерживаемых под эгидой Российской Литературной Сети представлен на страницах соответствующих разделов веб-сайта Rulib.net





Российская Литературная Сеть

© 2003-2014 Rulib.NET
Координатор проекта: Российская Литературная Сеть, Администратор сайта: Дмитрий Кирсанов. Сайт работает под управлением системы "Электронный Библиотекарь" 4.7

Правовая информация: если Вы являетесь автором и/или правообладателем любых из представленных на страницах нашей библиотеки произведений, и возражаете против их нахождения в открытом доступе - сообщите нам по адресу copyright@rulib.net и мы немедленно удалим указанные работы.

Информация о литературной сети
Принять участие в проекте


Rambler's Top100
Администратор сайта и координатор проекта не несут ответственности за содержание рекламных материалов и информации, размещаемой посетителями, однако принимают все необходимые и достаточные меры для контроля. Перепечатка материалов сервера возможна лишь при обязательном условии ссылки на ресурс http://www.griboedow.net.ru/, с указанием автора материала и уведомлением администрации ресурса о дате и месте размещения.